LibRar.Org.Ua — Бібліотека українських авторефератів

Загрузка...

Головна Історія. Історичні науки → А.Л. Бертье-Делагард и феодосийские древности (1891-1895 гг.)

Петрова Э.Б.
А.Л. БЕРТЬЕ-ДЕЛАГАРД И ФЕОДОСИЙСКИЕ ДРЕВНОСТИ (1891 – 1895 гг.)


Восемьдесят лет назад, в феврале 1920 г., крымская археология понесла большую утрату: скончался известный ученый Александр Львович Бертье-Делагард (1842 – 1920). Эту печальную дату хочется отметить еще одной работой, посвященной замечательному человеку, многообразная деятельность которого не может не вызывать восхищения: военный инженер, он стал крупным ученым–историком, археологом, нумизматом, этнографом, естествоиспытателем.

О Бертье-Делагарде немало написано, достаточно сказать, что ему был посвящен один из выпусков «Известий Таврической ученой архивной комиссии», где приведен список его печатных трудов [1], во множестве сочинений об античном и средневековом Крыме фигурирует его имя, дается оценка его вклада в историческую науку. Феодосийский же период жизни ученого, его изыскания на Карантине и курганном некрополе античной Феодосии слабо освещены в научной литературе. Причина здесь, видимо, в том, что работы на Карантине нельзя назвать археологическими в полном смысле слова, а исследования некрополя были слишком краткими. Между тем, эти по случаю произведенные работы принесли немало ценных материалов и дали пищу для серьезных исследований специалистов. Значимость их состоит еще и в том, что настоящих длительных систематических археологических работ на территории Карантина не проводилось ни до пребывания Бертье в Феодосии, ни после (если не считать кратковременных исследований в 1949, 1951 – 1952 и в 1975 – 1977 г.) [2]. Больше посчастливилось феодосийскому некрополю на Тепе-Оба, где курганные погребения раскапывались в 50-х гг. ХIX в., а затем спорадически в 70–х – 90-х гг. ХХ в. [3]. И все же нужно признать: археология Феодосии – в основном дело будущего.

В 1891 – 1895 гг. в Феодосии строился морской порт. Наблюдение за инженерно-строительными работами было поручено А.Л.Бертье-Делагарду. Скорости ради решили добывать землю с Карантинного холма, в результате значительная его часть оказалась снесенной. Во время земляных работ обнаружилось большое количество памятников старины (от VI в. до н.э. до XV в. н .э.). Бертье, как мог, спасал остатки прошлого величия города, покупал у рабочих найденные ими вещи. Увы, далеко не все удалось собрать, не говоря уже о том, что вместе с частью Карантинной горки ушли к небытие ценнейшие слои городища античного и средневекового города, часть находок оказалась за границей. И все-таки Бертье собрал коллекцию древностей, включавшую множество фрагментов столовой посуды, терракоты, архитектурные детали из камня и глины, монеты различных центров производства и разного времени. Часть находок он отправил в музей Одесского Общества истории и древностей, где они попали в разряд лучших вещей (в те времена Феодосийский музей древностей находился в ведении Одесского Общества), около сотни – на хранение в местный музей [4].

Тогда же при подводных работах в бухте в районе Карантина строители обнаружили остатки древнего мола с вбитыми в морское дно многими сосновыми сваями. Несколькими годами позже заведующий Феодосийским музеем Л.П.Колли уверял, что этот мол был ясно виден под водой, а при некотором волнении в бухте, особенно при восточном ветре, над ним поднимался заметный гребень волны. Бертье в письме к Э.Р.Штерну назвал в качестве возможных датировок этого сооружения и турецкий, и генуэзский, и древнегреческий периоды. Колли отнес мол к античной эпохе, когда в 1905 г. с помощью водолаза извлек со дна моря на том же месте полтора десятка амфор этого времени [5]. Поиски Бертье остатков старины на морском дне – первая попытка проведения подводных археологических исследований в Северном Причерноморье.

По предложению Археологической Комиссии в 1894 г. Александр Львович осуществил пробные раскопки на территории городского курганного некрополя, давшие, однако, незначительные результаты из-за своей краткости и плохой материальной обеспеченности (исследованные могилы – с десяток - оказались ранее разграбленными и только в одном грунтовом погребении, обложенном необработанными камнями, была бронзовая урна с прахом) [6].

Эти находки и уже накопленные к тому времени материалы дали повод для более активной публикационной деятельности. Высокохудожественные терракоты из раскопок на Карантине были описаны и проиллюстрированы в издании коллекции Музея Одесского Общества, скульптуры – в статьях О.Ф.Вальдгауера, амфорные клейма – в работах В.Н.Юргевича, геммы – в книге Т.В.Кибальчича, монеты феодосийского чекана – в работах П.О.Бурачкова, Х.Х.Гиля и самого А.Л.Бертье-Делагарда [7]. Эрнст Романович фон-Штерн публикует керамические находки, граффити, надписи и пишет труд «Феодосия и ее керамика», значимость которого трудно переоценить [8]. В нем собраны разнообразные источники, подняты важные вопросы, в том числе дискуссионные, как-то: древнее название города, основание и ранний период его истории, торговые связи с Афинами, взаимоотношения со Спартокидами, положение города в первых вв. н.э. Книга иллюстрирует преимущество комплексного подхода к источникам. В ней также помещены каталог фрагментов античной и средневековой керамики, доставленной в Музей Одесского Общества А.Л.Бертье-Делагардом, и письмо Бертье к Штерну – прекрасное дополнение к тексту книги, что-то вроде краткого отчета о поисках памятников древности на Карантине, в районе порта и на территории курганого некрополя.

Исследования привели Бертье-Делагарда к мысли, что акрополь античной Феодосии мог находиться на Карантине, “там, где генуэзская крепость”, ибо “это место в смысле обороны лучшее изо всех окрестных мест”, помимо того, “у подножья холма находится самая глубокая и наиболее защищенная часть залива, в которой всего удобнее быть порту”, “в этой именно чяасти моря при землечерпальных работах были найдены значительные остатки”; ученый отмечает, что грунт состоял в основном «из обычного для древних городов наслоения почвы в виде особого рода мусора», что «он уже был не раз перебрасываемым с места на место, так что местоположение находок не может быть определено как первичное» [9]. (Археологические раскопки на Карантине, проводившиеся в конце 40-х – начале 50-х и в середине 70-х гг. ХХ в. подтвердили гипотезу Бертье о местоположении акрополя античной Феодосии.

Очень важны находки Александра Львовича фрагментов чернофигурной и краснофигурной керамики (в том числе с граффити), терракот и архитектурных деталей. Эти материалы дали повод для разговора о культах древних феодосийцев и о храмах, украшавших городской акрополь [10]. Памятники изобразительного искусства, надписи на сосудах, посвященных богам, изображения на монетах приводят нас к выводу, что жители Феодосии почитали Аполлона, Деметру и Кору-Персефону, Диониса, Афину, Нику, Афродиту и Эрота, Зевса, Геру, Посейдона, Ареса, Гермеса, Асклепия, Кибелу, Тихе, Гелиоса, из героев – Геракла, Ахилла.