LibRar.Org.Ua — Бібліотека українських авторефератів


Головна Бібліотечна справа → Библиотека вуза как живая система: структурный и модельный подходы

основные и не основные элементы библиотеки.

10. Продукция и услуги — то, что связывает библиотеку с её пользователями.

11. Пользователи — организованные потоки временных и постоянных читателей и абонентов, а также случайных посетителей, выполнение запросов которых делает работу библиотеки осмысленной.

12. Поисковые средства — всевозможные плакаты, схемы, книжно-иллюстративные выставки, электронные и бумажные каталоги, справочные издания, классификационные таблицы и т. п., позволяющие эффективно ориентироваться в отделах и фондах данной библиотеки.

13. Библиотечный фонд — строго упорядоченная совокупность различных видов изданий на бумажных (книги, периодика) и электронных (дискетах, оптических дисках) носителях, определяющая читательский спрос и интенсивность пользовательских потоков библиотеки.

Ко вторым, нематериальным системообразующим элементам библиотеки относятся:

1. Духовный и культурный микромир библиотеки.

2. Интеллектуальный потенциал сотрудников библиотеки.

3. Трудовой или энергетический потенциал сотрудников библиотеки.

Учёт этих нематериальных элементов библиотеки важен потому, что именно они определяют количественные и качественные изменения её материальных элементов, а с ними — развитие или угасание библиотеки. Их наличие во многом объясняет феноменальные успехи ряда библиотек, статус которых не очень высок, а результаты работы отвечают мировым стандартам или даже превосходят их. Поэтому именно с разрушения этих нематериальных (идеальных) элементов библиотеки начинается уничтожен её материальных элементов, а с ними — гибель библиотеки в целом. История библиотечного дела хранит немало примеров, подтверждающих сказанное.

Таким образом, сущность библиотеки характеризуют не только реальные (физически осязаемые), но и идеальные элементы, делающие её достаточно сложным многоконтурным и многоуровневым, противоречивым и открытым образованием, элементы которого находятся в постоянном развитии.

Рассматривая библиотеку как живую систему мы объективно вынуждены обратиться не к библиотековедческим, а к естественнонаучным исследованиям и, в частности, к таким разделам биологии как анатомия, физиология, психология и гигиена человека. Помимо того, что эти науки имеют многовековой опыт изучения и описания такой сложной системы как человек, они позволяют понять главное: почему структурное и модельное описание библиотеки должно быть принципиально другим.

Причин тому несколько. Во-первых, в человеке, как и в библиотеке, нет ничего лишнего: всё это зачем-то оказывается нужно. Во всяком случае в “Анатомическом атласе человека” — ярком примере блестящего соединения структурного анализа и модельного описания сложной системы — все эти “основные” и “не основные” элементы получили в этом труде достойное отражение. Однако наши маститые библиотековеды (Ю. Н. Столяров, Н. С. Карташов, В. В. Скворцов и др.) почему-то исключили из библиотеки массу “органов”, “суставов” и “сосудов, без которых она вообще не может существовать (многие из них перечислены нами выше). При этом они же определили сущность библиотеки через элементы (например, “абонент ” , “документ”), которые не всегда в ней присутствуют и уж точно не в той пропорции, чтобы рассматривать их в качестве основных системообразующих элементов библиотеки. Во-вторых, анатомические модели строения человека, ввиду их корректности (адекватности), приближают нас к пониманию сути предмета исследования, чего никак нельзя сказать о наших графических библиотековедческих моделях. “Кружочки”, “квадратики”, “палочки”, “ромбики” и т. п. иероглифы, ну никак не могут являться удачным аналогом (моделью) “фонда ” , “читателей”, “штата сотрудников” и других “простейших” элементов библиотеки. Такие “модели” дезориентируют, не объединяют, а скорее разъединяют учёных и практиков, создавая между ними “пропасть непонимания”, а также проблемы в использовании таких “рабочих схем” при описании и анализе штатных и нештатных ситуаций. Правда, “птичий язык” таких моделей, по-видимому, очень удобен для тех, кто давно не работает или никогда не работал в библиотеке, не понимает и не чувствует её проблем, и уж точно не несёт никакой ответственности за то, что происходит с ними сегодня. В-третьих, ввиду очень сложных и серьёзных изменений, которые переживают сегодня библиотеки, находящиеся порой в критической ситуации, многие сложные и рисковые “операции” на их “теле” приходиться осуществлять не только в режиме нехватки времени, но и в “полевых” условиях. Поэтому правильность структурного анализа, адекватность модели объекту исследования становится определяющим условием обоснованности управленческого решения, а с ним и судьбы библиотеки.

В заключение отметим следующее. Библиотековедение ещё очень молодая отрасль научного знания. По большому счёту, ей всего несколько десятков лет. Но для того, чтобы эффективно двигаться вперёд, этой науке за основу надо взять опыт тех отраслей знания, которые находятся в фарватере научного процесса и своими исследованиями доказали это. Поэтому всегда надо быть рядом с теми, кто лучше тебя и учиться, прежде всего, у недосягаемых чужих “отличников”, чем у своих доморощенных “троечников”.

Литература

  • 1. Столяров Ю. Н. Библиотека: структурно-функциональный подход. — М.: Книга, 1981. — 225 с.
  • 2. Столяров Ю. Н. Избранное: 1960-2000 годы. — М.: Пашков дом, 2001. — 554 с.
  • 3. Столяров Ю. Н. Библиотека — двухконтурная система // Науч. и техн. б-ки. — 2002. — №11. — С. 5-24.

  •