LibRar.Org.Ua — Бібліотека українських авторефератів


Головна Філологічні науки → Лексические особенности крымскотатарской художественной речи

къыскъа, артындаки исе гъает узун [16, с. 68] – ‘…Потому что
дорога, которая впереди… уже очень короткая, а та, которая позади, очень длинная’.
“Антонимы – сильное художественно-стилистическое средство; они оживляют речь, делают ее более
образной. Сопоставление контрастирующих понятий сильнее действует на воображение, рождает живые и
яркие представления” [4, с. 23]. Обращение к антонимам отражает важные особенности мировоззрения
писателя.
Противопоставление придает речи эмоциональность, экспрессивность.
При столкновении антонимов речь нередко приобретает ироническую окраску. Писатели-юмористы
часто используют комические антитезы. Например:
Алсам бермеге ашыкъам, берсем алмагъа ашыкъам [11, с. 28]. – ‘Если беру – тороплюсь отдать, если
даю – тороплюсь взять’.
Соединение антонимов иногда порождает смысловую т а в т о л о г и ю. Писатели используют этот
стилистический прием для передачи оттенков разговорной речи с характерной для нее эмфатической ин-
тонацией. Например:
Бакъ сен оларгъа, эки къартий – эки табиат, эки талий. Дерсинъ, ернен кок, я да ер курресининъ эки
къутубы: бириси мискин,мазлум ве аджиз, экинджиси исе – мераметсиз, шефкъатсыз ве яланд-
жы…[11, с. 19]. – ‘Смотри-ка на них, две старушки – два характера, две судьбы. Будто небо и земля, либо
два полюса земного шара: одна жалкая, зловредная и ничтожная, другая – бессердечная, жестокая и лжи-
вая’. Стилистические функции антонимов не исчерпываются выражением контраста. Антонимы помогают
писателю показать полноту явлений, широту временных границ.
Нередко антонимы выступают в художественной речи как особое лексическое единство. Некоторые
антонимические пары со значением полного охвата качества, количества, времени приобретают фразеоло-
гический характер. Например: яшы-къарты – ‘и стар и млад’.
Противоположен антитезе стилистический прием, который состоит в употреблении антонимов с от-
рицанием для того, чтобы подчеркнуть в описываемом предмете четко выраженное качество. В этой сти-
листической функции антонимы часто используются в поэзии. Например:
Эвлятларым, бу сизге, Сонъгъы сёзюм, сонъ келям. “Кельмек” кетти мен ичюн, Къалды “кетмек”
весселям [17, с. 35]. – ‘Дети мои, это вам, Последнее мое слово, мое обращение, Для меня кончилось
“приходить”, Осталось “уйти”, все…’
Неисчерпаемым источником обновления значений слов, неожиданного их переосмысления являются
многозначные слова, так как “развитие производных значений слова тесно связано с приобретением но-
вых эмоционально-экспрессивных качеств и функционально-стилевых признаков, а семантическое свое-
образие переносных значений и употреблений определяет запас словесных образных средств” [8, с. 49].
Если слово имеет несколько значений, соответственно выразительные возможности его увеличиваются.
Писатели находят в многозначности источник яркой эмоциональности. Например:
Къальбинде кир толу, пис адам асла, Чечеклер сачмагъа ярармы экен [18, с. 144] – ‘Разве грязный, с
черной душой человек, Годится для того, чтобы сажать цветы?’
Интересно также привести слово сыртв значениях ‘спина’ и ‘север’. Сегодня этот пример рассматри-
вается в языке как один из омонимов. Однако, на наш взгляд, разрушение полисемии здесь не настолько
сильно, чтобы забыть внутреннюю, да и внешнюю связь между указанными словами. Ведь исповедующие
исламскую религию крымские татары не могли абсолютно забыть о том, что при чтении намаза, одного из
обязательных условий Шариата, мусульманин должен стоять лицом к югу, следовательно, спина его об-
ращена на север. Связь, на наш взгляд, очевидна. Наряду с многозначными словами, в словесную игру
часто вовлекаются омонимы. При омонимии между словами устанавливается лишь звуковое тождество, а
смысловые ассоциации отсутствуют, поэтому столкновение омонимов всегда неожиданно, что создает
большие стилистические возможности для их обыгрывания. Кроме того, употребление омонимов в одной
фразе, подчеркивая значения созвучных слов, придает речи экспрессию.
82
Меметова Э.Ш.
ЛЕКСИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ КРЫМСКОТАТАРСКОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ РЕЧИ

“Стилистическая роль омонимов обусловлена исключительно их соположением… В силу своей при-
роды они служат задачам музыкальной организации стиха, ритмичности и плавности поэтической речи,
оказывая благодаря этому соответствующее эмоционально-эстетическое воздействие на читателя” [4, с.
20]. Как средство своеобразной звуковой игры используются омонимические рифмы. Их мастерски и вир-
туозно применил в своем произведении Э. Шемьи-заде.
Язык художественной литературы оказывается шире литературного языка, так как включает в себя и
внелитературные языковые средства – диалектизмы. “Вводя в речь диалектизмы, писатели решают опре-
деленные стилистические задачи” [3, с. 97]. На протяжении всей истории крымскотатарского литератур-
ного языка его лексика пополнялась дилектизмами. Многие диалектные слова связаны с жизнью и бытом
крестьянства. Современный литературный крымскотатарский язык обогащается и этнографической лекси-
кой. Для развития современного крымскотатарского литературного языка диалектное влияние имеет су-
щественное значение, но, несмотря на то, что литературный язык и заимствует диалектные слова, в то же
время он подчиняет себе диалекты, что приводит к их постепенной нивелировке и постепенному отмира-
нию. “Являясь принадлежностью устной формы речи, диалектная лексика включается со стилистическими
целями в письменную речь только через язык художественной литературы” [4, с. 60]. В художественной
речи диалектизмы выполняют важные стилистические функции: помогают передать местный колорит,
особенности речи героев, наконец, диалектная лексика может быть источником речевой экспрессии. На-
пример:
Бу дюньяда эр шей пара, башта пара, сонъ бахт ара. Раат истер исенъ – пара, керек пара,пара, па-
ра! Дин огренмек ичюн пара, оны кутьмек ичюн пара, дюнья бильмек ичюн пара…[19, с. 89]. – ‘В этом ми-
ре все деньги, сначала деньги потом ищи счастья. Если хочешь покоя – деньги, нужны деньги, деньги,
деньги! Для того, чтобы изучать религию, – деньги, для того, чтобы чтить ее – деньги, чтобы мир знать –
опять деньги…’
Использование диалектизмов в крымскотатарской художественной литературе имеет свою историю.
Поэтика XVI–XVII вв. допускала диалектную лексику только в низких жанрах, главным образом в народ-
ных сказаниях, легендах, песнопениях, чынах, сказках, загадках и пословицах. Диалектизмы были отличи-
тельной чертой нелитературной, преимущественно сельской речи персонажей.
Бытует мнение, что “само по себе присутствие диалектизмов еще не может свидетельствовать о реа-
листическом отражении местного колорита” [7, с. 83]. Однако такая позиция не применительна к крым-
скотатарскому языку, так как здесь до настоящего времени широко используется диалектная лексика. Ма-
ло того, такие произведения, как стихи, повести, романы буквально испещрены диалектной лексикой.
Здесь, как нам представляется, проблемой является использование диалектизмов наравне с литературной
лексикой как стилистически однозначных речевых средств.
Например: айтаджакъман – айтаджагъым ‘буду говорить’, джол – ёл ‘дорога’, джурек – юрек