LibRar.Org.Ua — Бібліотека українських авторефератів

Загрузка...

Головна Філологічні науки → Ліричний суб'єкт поезії ХХ століття: форми конституювання та репрезентації

структуре текста и внешней реальности. Внутри текста, исходя из нарратологии, лирический субъект является синтезом эксплицитного автора и персонажа. В транстекстовом плане (взаимодействие автора и читателя через текст и автокоммуникация каждого из них) он предстает в процессе творения между „автором" и „героем" (как функциями его моделирования), а в процессе рецепции – соотносящимся и с автором, и с читателем. На этой основе сформулирована типология лирического субъекта: неперсонифицированный, абстрагированный, конкретизированный, фиктивный (без противоречия автопсихологизму) и дистанцированный, выделен особый модус „поэт". Сочетание внутренней неоднородности с постулированным единством зафиксировано в понятии внутреннего субъектного синкретизма. Особый способ объективации отмечен в структуре „автор-персонаж": персонаж, данный в 3-м лице, имеет фамилию автора.

Специфика репрезентации в лирике связана с референциями к неопределённому и/или недоступному объекту, данному как самоочевидный, а также к такому опыту автора, коррелят которого читатель получает через текст, наполняя схему своим содержанием. Проведено различие между изображённым миром лирического субъекта, кругозором реального автора и преодолением предметности на имплицитном уровне. Внутренний мир лирического субъекта предстаёт в односоставной или двусоставной модели: как единственный или соотносимый с внешним. Его имманентная неоднородность приводит к максимальному диапазону внутреннего субъектного синкретизма: от авторефлексивных моментов до автокоммуникации „я – ты", семиотизации внутреннего пространства и выделения ипостасей „я". В социальных координатах актуализируется коллективный субъект, который принципиально фиктивен. Его разложение ведёт к субъектному синкретизму: текстовому (хор – корифей) или внутреннему (мысленная общность несоединимых групп). Социальность индивидуального лирического субъекта выражается в прямом утверждении или отрицании своей связи с обществом, а фиктивный его тип основан на синекдохе. Телесное бытие представляют две модели: „я телесный" и „я и тело", различающиеся по внутренней или внешней психологической точке зрения. Это приводит, соответственно, к единству тела и сознания или к внутреннему субъектному синкретизму, требующему установить соответствие между внутренним состоянием и телесной данностью (или её визуальным отображением). Модус „поэт" специфичен принципиальной отграниченностью от воспеваемой им социальной группы и способностью к телесному порождению стиха.

Выделение текстуального аспекта обусловлено представлением о тексте как иконическом знаке и хронотопе преображения. Экспериментальное самопознание через текст сообщает лирическому субъекту подчёркнутую условность и актуализирует структуру „автор-персонаж", выступающую пределом другости или отчуждённости от изображённого мира. Редукция или неопределённость лирического субъекта повышает роль паратекстовых компонентов: он конкретизируется через отношение к паратексту, воплощающему эстетические и жизненные интересы автора. В интертекстуальности реализуется имплицитная форма внутреннего субъектного синкретизма, предполагающая, что реципиент раскроет комбинацию разных субъектов речи. Первоговорящий становится фиктивным лирическим субъектом или автором-персонажем (автор одного текста как персонаж другого). Преобладает же самоопределение через чужое слово, явное или же имплицитное, что на пределе ведёт к переписыванию всего претекста. Редукция внешней коммуникации углубляет взаимодействие лирического субъекта с языком, который принимает функцию героя-действователя. Акцентирование акта письма приводит к разделению лирического субъекта на неопределённого персонажа и определённого в этом акте эксплицитного автора.

Ключевые слова: коммуникация, текст, интенция, субъектная сфера, лирический субъект, репрезентация, внутренний субъектный синкретизм, интертекстуальность.


Summary


Zagrebelnaya N.K. Lyrical Subject of 20th Century Poetry: Forms of Constituation and Representation. – Manuscript.

Thesis for candidate's degree in Philology, speciality 10.01.06 – Theory of literature. – Taras Shevchenko Kyiv National University. – Kyiv, 2007.

The thesis is devoted to the investigation of the category of lyrical subject. As the general aspects of the creation of lyrical subject the communicative, representational and textual ones are determined. The communicative aspect has two sides: innertextual (narrative instantions and levels) and transtextual (contact between author and reader and autocommunication of each of them) ones. The representational aspect is examined in such components as inner world, social coordinates and bodily being. The textual aspect, proceeding from the conception of text as iconic sign and chronotope of transformation, consists of plans of paratextual relations, intertextuality and language. The types of lyrical subject are defined as the impersonal, abstracted, concreted, fictitious (which does not contradict to autopsychological lyrics) and distanced ones, also the specific modus "poet" is distinct. The phenomenon of inner subject syncretism and the structure "author-personage" are examined.

Key words: communication, text, intention, lyrical subject, subject sphere, reader, representation, inner subject syncretism, intertextuality.

1 Аверинцев С. Авторство и авторитет // Историческая поэтика: Литературные эпохи и типы сознания / Отв. ред. П.А.Гринцер. – М., 1994. – С.105-125.

2 Компаньон А. Демон теории / Пер. с франц.? М., 2001. ? С.93.

3 Лотман Ю. О содержании и структуре понятия „художественная литература" // Проблемы поэтики и истории литературы: Сборник статей. – Саранск, 1973. – С.27.

4 Компаньон А. Демон теории. ? С.94.

5 У розумінні „точки зору" дисертант виходить із концепції Б.Успенського („Поетика композиції") та, спираючись на досвід Г.Майфета, В.Фащенка, О.Астаф'єва, вважає, що цей термін ані підміняти, ані перекладати не варто.

6 Бахтин М.М. Искусство и ответственность // Бахтин М.М. Работы 1920-х годов. – К., 1994. – С. 8.

7 Мамардашвили М.К. Психологическая топология пути: М.Пруст, „В поисках утраченного времени". – Спб., 1997. – С. 28.

8 Гаспаров М.Л. Марина Цветаева: от поэтики быта к поэтике слова // Гаспаров М.Л. Избранные статьи. – М., 1995. – С. 307-315